Елена Ленковская

 

   РАСШИРЯЯ ГРАНИЦЫ МИРА

   Назаркин Н. Три майские битвы на золотом поле. — М.: «ИД Мещерякова», 2018.

 

     Эта книга выпущена Издательским домом Мещерякова в познавательной серии для детей и подростков «Пифагоровы штаны». «Три майские битвы на золотом поле» книга «о принцах и адмиралах, об осаде неприступной крепости, о самой долгой битве в истории войн на море, о кораблях, пушках и… о мельницах. Книга о Нидерландах».

     Ещё в 2012-м эта, посвящённая трём сражениям в истории маленькой страны, долгие годы правившей миром, рукопись Николая Назаркина вызвала интерес и бурные споры подростков-читателей конкурса «Книгуру». Некоторые из них, отдав должное прекрасному качеству текста, упрекали его автора в том, что тот обратился «не к нашей» истории (при всём максимализме формулировок, по сути, это был сигнал взрослым о том, что детям такого качества книг по истории в принципе не хватает). И тогда один из комментаторов-подростков, бросившихся на защиту книги, высказался так: «Автор расширяет нам границы мира». Это прекрасно сформулировано, и это чистая правда.

     В тот момент мне казалось, что речь идёт прежде всего об умении автора увлекательно изложить российским детям европейскую историю. Теперь же, спустя шесть лет, думаю об этом, но не только.

     Широкая осведомлённость во многих областях, энтузиазм знатока и живость изложения подкупают сразу. А ещё мне очень по душе особое умение присовокупить сведения, которые впрямую к предмету не относятся, но создают связи между фактами, зачастую лежащими в нашей голове на разных полках. «Д'Артаньяна помните?», и дальше про маяту книжного гасконца со своей экипировкой, а сразу следом про историю превращении роты королевских мушкетеров в регулярное боевое формирование. Или, к примеру, цитата: «противник, на стены надеющийся, улитке подобен раздавишь каблуком раковину, и бери его за мягкое брюхо». Скажет это граф Шереметьев, один из главных военачальников Петра Первого, первый фельдмаршал русской армии; скажет через сто лет после излагаемых автором событий; но как удачно связался этим высказыванием рассказ о золотом веке в истории Нидерландов с российской историей, какую придал перспективу. Да и сама фраза настолько образна и сочна, что в голове не задержаться не может.

     Назаркин излагает так, что внимать легко: афористичные исторические формулировки («век семнадцатый век крепостей») сочетаются в книге с вполне разговорными выражениями («гонять обнаглевших пиратов», «выдали тебе жалованье и крутись как хочешь», «Нидерланды сидели на опрокинутой Великобритании, заломив той руки. А подлые англичане начали драться ногами. Новая тактика заключалась в следующем...»). Рисуя расстановку политических сил и реалий быта, автор то терпеливо разъясняет и логически аргументирует, то намеренно иронизирует, забавляет, интригует, будоражит воображение. А порой даст «атмосферную» и информативную словесную иллюстрацию: «Хмурое, ветреное весеннее утро двадцать девятого мая тысяча шестьсот пятьдесят второго года. Недавно прошел большой шторм. Громады парусов огромных, причудливо изукрашенных кораблей, потому свернуты больше, чем на половину. Полощутся по ветру широкие трехцветные флаги, играют длинные вымпелы...».

     Ещё одна тонкость. Толково и доступно объяснять, уважая читателя, и не держа его при этом за несведущего младенца для этого нужен особый такт; оттого так радуют оброненные вскользь шутки вроде: «Английский парламент послал его патрулировать воды Ла-Манша… то есть, конечно, Английского канала». Особое интеллектуальное удовольствие для взрослеющего читателя, этакий тайный код причастности к «людям знающим»...

     Иллюстрации Александра Горнова к «Трём битвам...» хороши и как нельзя более созвучны представленной в тексте эпохе (отдельный поклон издателю за выбор художника и прекрасное чувство стиля). В «барочной» взбудораженности, быстрой и лёгкой кудрявости горновских линий, кстати, я вижу не только отголоски пейзажной графики какого-нибудь голландца (Яна ван Гойена, к примеру, или же раннего Рембрандта), но и соответствие стилистике и темпу назаркинского текста. Прекрасный тандем писателя и художника: весёлая взволнованность, живость, подвижность пера свойственны и тому, и другому.

     Порадовали сопроводительные надписи к рисункам, составленные мастерски; всё по делу, и не без юмора. Чего стоит, к примеру, вот эта: «Шпионы за беседой. Уже в то время знали, что вести шпионские беседы лучше на свежем воздухе — и у стен бывают уши».

     Где я немножко «потерялась» и «зависла» так это в третьей главе. На самую курьёзную битву из всех описанных в книге (морское сражение у Дувра), потрачено более всего времени и предпринято наибольшее количество разъяснений. Вроде ничего лишнего, но вводные данные чрезвычайно обширны.

     В целом же мне невероятно импонирует эта способность Николая Назаркина к длинному, обстоятельному, ветвящемуся интересными отступлениями рассказу. А что до «провисаний» есть способы их избежать, автор о них знает, и в целом успешно пользуется; а кое-какие недоработки вполне решаемы более глубокой и взыскательной редактурой. Просто очень уж это трудная штука писать (и редактировать) такие книжки. И пусть вас не обманывает «разговорчивость» и пресловутая лёгкость изложения. Помимо неоспоримого авторского таланта труд здесь вложен огромный. Труд и терпение. Однако результат стоил того, и я искренне поздравляю всех тех, кто над книгой работал (как, впрочем, и нас, читателей) с тем что она, наконец, вышла! Книга, которая «расширяет для нас границы мира».

     А теперь главное и существенное добавление. В наш век, когда доступной информации на любую тему, казалось бы, пруд пруди, есть сильная потребность в гиде, в собеседнике, в личности, в живом человеке по ту сторону текста. Детям нужны не только энциклопедии, отпускающие их в свободное плавание, но познавательные книги, которые беседуют с читателем, открывая ему новые грани мира в доверительном разговоре (кстати, на хорошем, литературном русском языке); объясняют, рассказывают не занудно, но терпеливо и весьма обстоятельно. Ценность именно этой книги как раз не только в том, что читатель-подросток получает в ней разнообразную, любопытную и живо изложенную «инфу». Но в том, что в рассказчике он находит умного и доброжелательного старшего друга; взрослого, которому можно доверять. Автор «свой». В конце концов, этот Назаркин, который пишет о «замечательных» майских битвах, и сам не понаслышке знает, что такое драка.

   

 

    рецензия опубликована в журнале «Урал», март, 2018

    [текст в «Журнальном Зале»]